Поиск по сайту:
Главная

Публикации

МосЭнергоСбыт ЕИРЦ МОЭК МОЭСК МТК МОСГАЗ

Задачи ресурсосбережения в энергетике.

по материалам иностранной печати.


Наука и Жизнь №1 1990

МИЛЛИОНЫ НА ВЕТЕР.
  Человек, только что получивший скромную зарплату, выходит на улицу и начинает, как сеятель, разбрасывать ассигнации, в полном смысле слова, бросает деньги на ветер. Бросает без какой-либо цели, просто так, беспечно, «не думаючи».
  В этом неправдоподобном образе —горькая правда. В этом образе — мы с вами, вся наша страна, наше отношение к своему скромному достатку. Мы беспечно, просто так, теряем чуть ли не треть собранного урожая, зимой упускаем массу тепла, обогреваем улицу, тратим на каждый автомобиль больше металла, на перевозку грузов больше бензина, на выплавку чугуна больше килокалорий, на освещение квартиры больше киловатт, на тонну урожая больше человеко-дней, чем считается нормальным по мировым стандартам. Одним словом, мы не бережем свои ресурсы, бросаем на ветер миллионы. Вернее, не миллионы — миллиарды. Если бы мы берегли то, что имеем, то, что добываем и расходуем, то наверняка были бы вдвое богаче и за каждый свой рубль покупали бы вдвое больше.
  О ресурсосбережении произносятся зажигательные речи, публикуются беспощадные карикатуры и педантичные расчеты, но серьезных сдвигов пока не заметно — сколько теряли, столько и теряем. Это какое-то психическое заболевание, какое-то национальное бедствие — беспечное отношение к потерям, полная апатия к возможности сберечь, сэкономить, затратить меньше, чтобы получить больше. Все хотят иметь все и при этом никому ни до чего нет дела.
  Ресурсосбережение — дело каждого человека. Это плотно закрытая зимой дверь отрегулированный карбюратор, возврат макулатуры в наши тощие бумажные реки, своевременный ремонт водопроводных кранов, через которые в масштабах страны наверняка уходит целая Волга. Но ресурсосбережение — это еще и дело иных масштабов, в частности грамотная техническая политика мощной нашей индустрии.
  Выступая на второй сессии Верховного Совета СССР, академик Е. П. Велихов напомнил, что в мире борьба за сбережение энергетических ресурсов сопровождается ростом удельного веса электроэнергии, а у нас этот показатель процентов на пятьдесят ниже, чем в США.
  Конечно, энергосбережение — не всегда просто экономия, оно часто тоже требует затрат, но пока они еще в среднем вдвое меньше, чем добывание топлива. А мы сплошь и рядом работаем по устаревшим энергоемким технологиям, в то время, как предложенные у нас же энергосберегающие методы эффективно используются в мире. Или бесконечно долго ждут своего часа, как, например, комбинированные электростанции с газовой и паровой турбинами, в полтора раза повышающие съем электроэнергии с тонны газа.
  Ресурсосбережение— дело каждого и дело всех. Но это именно дело, о нем мало говорить, его нужно делать. И получать результаты, которые, как учит зарубежный опыт, многократно окупают затраченные усилия!


  ТИХАЯ РЕВОЛЮЦИЯ В ЭНЕРГЕТИКЕ
  Так профессор университета в Сан-Паулу (Бразилия) Хозе Гольдемберг назвал общее увеличение эффективности использования энергии, отмечающееся в последние 10—15 лет почти во всех странах мира.
  Когда в 1973 году арабские страны — производители нефти подняли цены на нее, это заставило экономистов, инженеров и менеджеров пересмотреть стратегию и тактику использования энергии в современном мире.
  Результаты: в 21 стране, принадлежащей к Международному энергетическому агентству, за 1973—1986 годы валовой национальный продукт вырос в среднем на 32 проценте, а расход энергии — всего на пять. В США, где потребляется четверть всего добываемого в мире топлива, ежегодное потребление энергии сейчас ниже, чем в 1973 году, хотя валовой национальный продукт вырос с тех пор на 40 процентов. Япония преуспела в экономии еще больше, В 1988 году она использовала на 6 процентов меньше энергии, чем в 1973 году, хотя ее валовой продукт вырос 36115 лет на 46 процентов.
  В результате экспортируемые Японией изделия в среднем на два процента дешевле американских, а это играет большую роль на мировом рынке. В Дании расход энергии на единицу производимой продукции составляет сейчас 76 процентов от этого показателя в 1972 году, а к 2000 году он будет снижен до 60 процентов.
  Если бы не эта экономия, мир сейчас сжигал бы ежегодно полтора миллиарде лишних тонн каменного угля (Ни соответствующее по теплотворной способности количество газа, нефти или других видов топлива), выбрасывая в атмосферу более трех миллиардов тонн лишней двуокиси углерода. Этот газ, как известно, влияет на климат, так что экономить горюче надо не только потому, что его количество в недрах конечно, но и потому, что сжигание органического топлива медленно, но верно ведет к климатической катастрофе.
  Какими же мерами достигается такая экономия? По словам Джорджа Хендерсона, руководителя отдела энергетической эффективности в Британском исследовательском институте строительства, в основном это «добросовестное и скрупулезное выполнение некоторых несложных и довольно скучных операций».В большинстве промышленных стран жилые дома берут более 40 процентов общего потребления энергии. В Северном полушарии три четверти этой энергии уходит на отопление помещений и нагрев воды.
  Во многих странах приняты сейчас более строгие стандарты, ограничивающие потери энергии через стены, крышу и окна дома. Уже сейчас в мире существует несколько «поселков XXI века», дома в которых имеют усиленную теплоизоляцию: а стенах — толщиной до 200 миллиметров, в крышах — до 300, в полах — до 100. Двери и оконные рамы в этих домах почти не пропускают воздуха. Если в обычном доме за час весь объем воздухе сменяется, то в «герметичном» за час меняется менее одной десятой объема воздуха.
  Между прочим, такая экономия тепла влечет за собой некоторые осложнения: воздух застаивается, в нем накапливаются загрязнения, в том числе испарения пластиков, из которых состоит теплоизоляция. Так что здесь требуется знать меру. Во всяком случае, теплоизоляция позволяет уменьшить расходы на отопление минимум на 80 процентов, даже в странах с суровым климатом. Тек, на севере канадской провинции Сескачеван построено несколько домов, вообще не требующих отопления даже а тридцатиградусный мороз. Их стены не выпускают наружу тепло, выделяемое электролампочками, холодильником, кухонной плитой, телевизором и другими электроприборами. «Отапливают» дом и сами жильцы — три человека выделяют столько же тепла, сколько стандартная секция обычной батареи центрального отопления. Этого оказывается вполне достаточно.
  Окриджская национальная лаборатория (США) недавно выпустила обзор 50 новых технологий, позволяющих экономить энергию в промышленности, строительстве и на транспорте. Например, предлагается так рассчитывать коробки скоростей для автомобилей, чтобы двигатель все время работал в самом экономном режиме, а необходимые изменения скорости достигались бы в основном переключением передач, в строительстве предполагается еще шире использовать так называемые тепловые насосы — устройства, способные отапливать дом за счет холодного воздуха с улицы, компьютеры, автоматически поддерживающие в здании минимально необходимое отопление и освещение, в зависимости от количества людей в доме, от погоды и времени суток, в промышленности — рациональное использование тепла, получаемого, например, в металлургии.
  Экономить энергию помогают даже новые стиральные порошки, которые активно действуют в воде, нагретой всего до 40 градусов Цельсия. Видимо, вскоре появятся порошки, хорошо отстирывающие белье даже в воде комнатной температуры. Новые модели холодильников и кухонных плит берут почти в три раза меньше энергии, чем распространенные сейчас. Новые стандарты на экономичность бытовой техники, введенные а США с марта 1987 года, к 2000 году сделают ненужными 22 крупные электростанции за счет постепенного выведения из обихода старых, расточительных устройств.
  Кстати, японские экономисты подсчитали, что, если бы Советский Союз применил в сталеплавильном производстве те энергосберегающие технологии, которые стали уже стандартными в японской металлургии, то можно было бы закрыть все советские АЭС. Самое же интересное — почти все эти методы впервые разработаны в СССР.
  В пересчете на нефть мир потребляет сейчас ежегодно семь миллиардов тонн ископаемого топлива. Из них 42 процента в виде нефти, 34 - угля, 24 - газа. ГЭС производят эквивалент еще 524 миллионов тонн нефти, атомная энергетика - 400 миллионов тонн, биомасса (дрова, различные органические отходы сельского и лесного хозяйства, сжигаемые сразу или после переработки в биогаз) дает еще два миллиарда тонн. Далеко не все это богатство используется с толком.
  Английский специалист по экономии энергии Стефен Линдсей вспоминает, как три года назад его пригласили для консультации а крупную больницу в Будапеште и попросили посоветовать, как снизить энергопотребление рентгеновской аппаратуры. В кабинете главврача градусник показывал плюс 32 градуса Цельсия, и окна были широко распахнуты, чтобы мягкая будапештская зима хоть немного охлаждала комнату. Хотя зима была довольно снежной, между корпусами больницы пройти было нетрудно: теплотрассы, проложенные без хорошей изоляции под землей, образовывали «траншеи» в 60-сантиметровом снежном покрове, Выяснилось, что 90 процентов расходов больницы на энергию шло на оплату отопления. В реконструкции нуждался не рентгеновский кабинет, а весь комплекс зданий...
  Словом, расточительность — явление интернациональное. Разница лишь в том, что где-то с ней борются, а где-то так свыклись, что уже не замечают.